Честный вор

«Рассказы бывалого человека» — цикл, задуманный Достоевским во 2-й половине 1847—1848 г. Комментаторы предполагают, что цикл должен был включать три рассказа — «Отставной», «Домовой», «Честный вор», из которых реально были написаны первый и третий, от второго сохранился беловой автограф начала (возможно, рассказ не был завершен), впоследствии «Отставной» в сильно сокращенном виде вошел в состав «Честного вора», а к замыслу «Домового» Достоевский не возвращался. Система подзаголовков, характерная для творческой манеры Достоевского, позволяет судить о месте «Рассказов бывалого человека» в раннем творчестве писателя. Очевидно, что это было ответвление более широкого замысла — «Из записок неизвестного» («Ползунков», «Елка и свадьба», «Рассказы бывалого человека»).

К этому замыслу тяготеют и другие ранние произведения Достоевского. Отдельные сюжетные ходы «Елки и свадьбы» повторяются в «Слабом сердце», есть переклички в тексте «Рассказов бывалого человека» с «Бедными людьми», «сантиментальный роман» «Белые ночи» близок образом главного героя типу «неизвестного» и т.п. Все это подтверждает стремление начинающего писателя к романному охвату действительности. Мир ранних произведений строится с явной ориентацией на «Человеческую комедию» Бальзака. Тенденция ко «всеохватности» характерна для всех этапов творчества Достоевского. В то же время эти искания вполне отвечали «духу и букве» «натуральной школы», важнейшая художественная задача которой заключалась в описании всех «клеток» «общественного организма». Наиболее точно эстетике «натуральной школы» отвечает «Отставной», написанный «по всем правилам» «физиологии»: «обобщающий» рассказ о «типе» и конкретизация общих наблюдений на примере конкретного «представителя типа». «Отставной», «бывалый человек» Астафий Иванович рассказывает исключительно «небывальщину», будь то история о Фигнере, домовом или честном воре. Рассказы его напоминают «тексты Мюнхгаузена» — с обязательной установкой на абсолютную достоверность повествования. В соединении такого противоречия (много повидавший герой рассказывает «легенды» и «басни») можно усмотреть важную черту эстетики Достоевского — стремление видеть фантастику ежедневной жизни.

«Отставной» — первая часть цикла «Рассказы бывалого человека». Как самостоятельное произведение рассказ единственный раз был опубликован в «Отечественных записках» (№4, 1848 г.). Впоследствии был сильно сокращен и включен в состав рассказа «Честный вор». Первоначально в рассказ «отставного» входили несколько легенд (исторических преданий): об А.С. Фигнере, безжалостно расправлявшемся с пленными французами, разведчике «нового времени», говорившем «на всех языках человеческих», знавшем даже сны Наполеона и игравшем с ним в карты; о коне — предсказателе солдатской судьбы; о Бонапарте, не согласившемся перейти в русскую веру. В.А. Михнюкевич отмечает, что вся эта «фольклорная обойма» не органична для сюжета, и «репертуар» рассказчика кажется случайным, что и послужило причиной снятия этой части текста в окончательном варианте. <...>

«Честный вор» — В 1848 г. в «Отечественных записках» появились рассказы «Отставной» и «Честный вор» под общим заглавием «Рассказы бывалого человека. (Из записок неизвестного)». В 1860 г. Достоевский, учитывая критику П.В. Анненкова, соединил эти два рассказа в один «Честный вор. (Из записок неизвестного)» за счет изъятия большей части рассказа «Отставной», а также назидательного заключения «Честного вора». Н.М. Перлина указывает, что название «Честный вор» восходит к водевилю Д.Т. Ленского (не связанного с рассказом по содержанию). Она же называет ряд реальных событий в жизни Достоевского, которые послужили основой рассказа, и указывает на связь рассказа с эстетикой натуральной школы.

В.Б. Шкловский отметил оксюморонность заглавия рассказа: «Название одной из повестей Ф. Достоевского "Честный вор" — есть несомненный оксюморон, но и содержание этой повести есть такой же оксюморон, развернутый в сюжет» (Шкловский В.Б. О теории прозы. М., 1925. С. 171).

Тема признания в краже позднее встретится в подготовительных материалах к «Идиоту». Образ Емельяна Ивановича намечен еще в «Бедных людях». Ситуация появления вора, на глазах хозяина и кухарки крадущего вещи, восходит к коллективному сочинению «Как опасно предаваться честолюбивым снам» (см.: Фельетоны сороковых годов: Журнальная и газетная проза И.А. Гончарова, Ф.М. Достоевского, И.С. Тургенева. М., Л., 1930. С. 366—367).

«Честный вор» отличается от других рассказов цикла прежде всего активной ролью рассказчика, который оказывается не только «свидетелем» событий, но и непосредственным их участником: от него зависит судьба героя рассказа. В рассказе очевидна ориентация на притчу. Главные мотивы связаны с образом Емели — абсолютная бесприютность и неустроенность в мире; наивность и детская открытость, близкая к юродству; покаяние за содеянный грех. Эти мотивы соотносимы с тайными мечтами рассказчика — о перевоспитании, наставлении ближнего на верный путь. Надежды «образумить» «пьянчужку» Емелю не оправдываются; благие намерения ни к чему не ведут. Первоначальный «нравоучительный» финал рассказа призывал увидеть «Божье» и в безбожном человеке. Отметим, что в сокращенном позднее финале журнальной редакции впервые в творчестве Достоевского упоминается Христос в контексте темы «восстановления человека» («А вы, сударь, падшим человеком не брезгайте: этого Христос, который нас всех больше себя полюбил, не велел! <...> иначе и Христос бы к нам не пришел, если б нам порочными из века в век от первородного греха было суждено оставаться». Позднее тема оправдания «соромных» и «скотских» развернется в картине судного дня, завершающей исповедь Мармеладова.

И.А. Аврамец отмечает, что для «Честного вора» свойственно двойственное отношение к натуральной школе: с одной стороны, принципы этого направления очвидны в рассказе, с другой — они доведены до такой крайности, что рассказ превращается в пародию на направление натуральной школы. Настойчивое повторение слова «шинель» (12 раз) с указаниями на ее ветхость отсылает к «Шинели» Гоголя.

В «Честном воре» разрабатывается несколько важнейших тем всего творчества Достоевского: чувство вины как критерий человечности (необходимость его для сохранения личности от деструкции) и стремление к «благодетельству» как проявление «воли к власти».

Загидуллина М.В. Рассказы бывалого человека. Отставной, Честный вор // Достоевский: Сочинения, письма, документы: Словарь-справочник. СПб., 2008. С. 161—162, 132, 189.

Прижизненные публикации (издания):

1848Отечественные записки. Учено-литературный журнал, издаваемый А. Краевским. СПб.: Тип. Ив. Глазунова и Комп., 1848. Год десятый. Т. LVII. Апрель. Рассказы бывалого человека (Из записок неизвестного.) I. Отставной. II. Честный вор. С. 286—306.

1860Сочинения Ф.М. Достоевского. Изд. Н.А. Основского. М.: Тип. Лазаревского института восточных языков, 1860. Т. I. С. 415—435.

1865Полное собрание сочинений Ф.М. Достоевского. Вновь просмотренное и дополненное самим автором издание. Издание и собственность Ф. Стелловского. СПб.: Тип. Ф. Стелловского, 1865. Т. I. С. 268—274.

1865 Честный вор (Из записок неизвестного.) Ф.М. Достоевского. Вновь просмотренное издание. Издание и собственность Ф. Стелловского. СПб.: Тип. Ф. Стелловского, 1865. 24 с.