Наполеон

А Б В Г Д Е
Ё
Ж З И
Й
К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч
Ш
Щ
Э Ю
Я

Наполеон — (Наполеон I Бонапарт; 1769—1821) — 1) император Франции в 1808—1814 гг. и в марте — июне 1815 г.; 2) в художественном мире Достоевского — емкий символ, обозначающий многосоставный комплекс социально-психологических и морально-этических качеств, характерных для европейского человека буржуазной эпохи; крайний индивидуализм, позволяющий себе «кровь по совести», человекобожество как опасная и разрушительная черта сознания и т.д.

В глазах человека переходной эпохи Наполеон — двуликий Янус. Трагический избранник рока, он живая греза романтиков (см., например, цикл стихотворений М.Ю. Лермонтова). Капитан, ставший императором, — эмблема буржуазного века, сгусток энергии «достижения». В связи с этим в литературоведении возникают такие понятия, как «наполеоновская легенда», «идея», «миф», которые функционируют в культуре на протяжении всего XIX в. «Наполеонизм» как принадлежность общеевропейской культуры раскрывается в русской национальной специфике в творчестве Достоевского. Наполеон для Достоевского — это не реальное лицо, как для Л.Н. Толстого в «Войне и мире», — это фантом массового сознания. Причудливо несхожие его отображения возникают в творчестве писателя на протяжении трех десятилетий. В рассказе «Господин Прохарчин» (1846), открывающей эту цепь, легендарное имя — только знак личности, выбивающейся из общего ряда. В этом повествовании о жалком и ничтожном человеке понятие «наполеоновская идея» было использовано Достоевским как аргумент от противного, доказательство несостоятельности безграничного эгоизма. Само сочетание «Наполеон вы, что ли какой?» (1; 257) — сигнал безразличной стертости, свойственной обывательскому представлению о великом человеке. В журнальной редакции рассказа «Честный вор» (1848) отставной солдат Астафий Иванович рассказывает в числе прочего и предание о Наполеоне, который после пленения будто бы не согласился перейти в русскую веру. По сути здесь перед нами как раз порождение массового сознания: «Наполеон — гимназиста 40-х годов, Наполеон — иллюстрированных журналов» (Анненский И. Книги отражений. М., 1979. С. 191). Гротескно-сатирический образ дядюшки и Наполеона в его снах, можно сказать, друг друга дополняют в «Дядюшкином сне» (1859). Достоевский показал, что тень величия перепала немного князю К., т.к. он запросто общается с Наполеоном, а сам же Наполеон сатирически, гротескно снижен пустословием и легкомыслием дядюшки. Интерес к Наполеону у каторжника Петрова из «Записок из Мертвого дома» — это интерес к «сильному», «необыкновенному человеку», который может всего добиться, не останавливаясь ни перед какими препятствиями. Таким образом, в ранних произведениях Достоевского упоминания о Наполеоне выступают как некий декоративный элемент, который не несет еще той важной смысловой нагрузки, которую он обретет у писателя позднее. Начиная с «Записок из подполья», «наполеоновская идея» начинает развенчиваться Достоевским. Эта идея рождается в подполье, и в этом не только психологическая, но и историческая правда. Наполеон, по свидетельству мемуаристов, в молодости пережил унижения, угрозу телесного наказания (в Бриенской школе), насмешки окружающих, бедность и даже голод. Подпольный герой «рожден от идеи». В этом отношении он предтеча Раскольникова, который настолько одержим идеей, что не смог изменить ей, даже попав на каторгу.

«Преступление и наказание» было написано в последние годы режима Второй империи во Франции, когда в Пруссии Бисмарк проводил свою политику «железа и крови». Как и Толстому (писавшему в те же годы «Войну и мир»), исторический опыт общественной борьбы в эпоху Наполеона III позволил Достоевскому связать критический анализ буржуазного индивидуализма с развенчанием фигуры Наполеона как исторического прообраза современных ему индивидуалистов и проповедников идеи «сильной личности» (каковым являлся Луи Наполеон со своим сочинением «Жизнь Юлия Цезаря»; по мнению исследователей, это один из источников «теории» Раскольникова). Раскольников собственным поступком — убийством старухи-процентщицы ради, как он считает, денег для сестры и матери, близких и любимых существ, проверяет себя в роли «необыкновенного человека». На самом деле проверяется сама идея, и это главное. Это скрытая идеологическая полемика Достоевского с идеей «наполеонизма», где происходит разоблачение ее порочности, безнравственности и губительности для самого ее носителя, ведется при изображении судьбы героя, за которой Достоевский видит как угрозу определенной личности, так и угрозу человеческому обществу (сон о трихинах). «Кто же у нас на Руси себя теперь Наполеоном не считает?» — говорит Порфирий в первой беседе с Раскольниковым (6; 204). Тем самым он ставит вопрос на конкретно-историческую почву: в России 60-х, переломных, бурных годов многие склонны считать себя «наполеонами» — людьми, бесспорно имеющими право стоять над массами. В этом-то Достоевский и видит угрозу для человеческого общества. Идеи, живущие в сознании людей, оказываются пагубными, когда захватывают умы человечества. «Наполеонизм» как стиль жизни и философствования приводит к гибели близких в «Братьях Карамазовых» или к угрозе человеческого существования («Преступление и наказание»). Достоевский видит в «наполеонизме» страшное зло и своими произведениями предупреждает о возможной опасности.

В совершенно ином ракурсе рассмотрен Наполеон в «Идиоте», во вставном повествовании: это история удивительных отношений французского императора и русского мальчика, сблизившихся в Москве 1812 г. Именно «дитя» оказывает воздействие на «великого человека», диктующего свою волю миллионам. «Идиот», выросший во многом в творческом отталкивании от «Преступления и наказания», дает знаменательную поправку к наполеоновской легенде Раскольникова. «Великому человеку», свободному от человечности, противопоставляется герой великодушия. «Мрачно-трагическая "поэма" находит дополнение в комически-трогательной новелле», — пишет И.Л. Альми (Альми И.Л. К интерпретации одного из эпизодов романа «Идиот» (рассказ генерала Иволгина о Наполеоне // Достоевский. Материалы и исследования. Т. 10. СПб., 1992. С. 172).

В «Подростке» Достоевский использует художественный прием саморазоблачения. После изложения «идеи» Подростком начинается ее опровержение, развенчание, доказательство того, что она — античеловечна, а потому и ошибочна, она обязательно вступает, как антигуманная, в противоречии с натурой творца — милого, доброго Подростка.

В последнем романе Достоевского «Братья Карамазовы» происходит окончательное разоблачение «наполеонизма». Это связано с атеистическим бунтом Ивана. Герой под влиянием «наполеоновской идеи», которая здесь присутствует лишь аллюзионно, становится теоретиком убийства отца, что приводит к распаду личности, к помутнению рассудка.

Во многих статьях Достоевского так или иначе упоминается имя Наполеона. В «Дневнике писателя» (1873) в главке «Маленькие картинки» разоблачение «наполеоновских идеек» и образа Наполеона проведено Достоевским с большим сарказмом и мастерством. Для Достоевского Наполеон — это «архислучайность», это «Антихрист», в котором соединились все пороки времени.

Храмова Л.В., Михнюкевич В.А.