Комическое

А Б В Г Д Е
Ё
Ж З И
Й
К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч
Ш
Щ
Э Ю
Я

Комическое — категория эстетики, отражающая противоречие действительности, эмоционально-критически воспринятое и выраженное в форме юмора, сатиры, иронии, сарказма; результат разлада, противоречия между безобразным и прекрасным, либо ничтожным и возвышенным, либо — нелепым и рассудочным, либо — образом и идеей и преимущественно радостное разоблачение этого несоответствия.

Для понимания Достоевским комического характерно видение им его миротрагической глубины (см. трагикомическое): комическое, по Достоевскому, есть обнаруженное несоответствие реальности идеалу. (См. его запись об Алеко Пушкина: «Алеко — убил. Сознание, что он сам не достоин своего идеала, который мучает его душу. Вот преступление и наказание. (Вот сатира!)» — 24; 303). Осмеяние несовершенной реальности, по Достоевскому, не есть самоцель: комическое отрицает несовершенное ради совершенного, ради утверждения Идеала. Во всех своих рассуждениях о русской сатире Достоевский настойчиво подчеркивает: подлинно сатирическое произведение должно обязательно иметь «положительный идеал в подкладке». Достоевский недоволен современной ему сатирой именно потому, что в ней «мало идеального»: «Новейшая сатира тем бесплодна, двусмысленна и даже вредна, что не умеет или не хочет сказать, чего хочет. Напротив, над всем противуположным обличаемому ею злу тоже смеется и приравнивает к тому же знаменателю» (24; 303 — курсив Достоевского. — Прим. ред.). «А потому сатира наша оставляет одно лишь недоумение и еще способствует даже шатанию мысли, а не то, что утверждает ее <...> Обязана пахнуть своей подкладкой» (24; 312). Из всех сатириков прошлого Достоевский на первое место ставит Мольера и Гоголя. Правда, то христианство, которое было у Гоголя «в подкладке», он не считает вполне христианством: «идеал Гоголя странен» (24; 303). Достоевский сознавал, что его сатира отличается от гоголевской большей психологической глубиной (см. письмо Достоевского брату М.М. Достоевскому от 1 февраля 1846 г.): его «маленький человек» представлен не с объективной стороны, а субъективно — через самосознание героя, осложненное к тому же внутренним «многоголосием» («Бедные люди», «Двойник»). Полифонизм романов Достоевского стирает дистанцию между авторским «я» и его «ничтожным» героем и обусловливает все качественное своеобразие, новаторский характер сатиры Достоевского: в отличие от традиционной сатиры, сатира Достоевского — не окончательная, ибо образ героев, раскрываемый через их сознание и самосознание, в принципе незавершен, открыт. Поэтому комический герой не «уничтожен» осмеянием: он может «возродиться» (хотя бы в принципе — за пределами романа), поэтому комический герой может «развиться» в трагического (например, Верховенский-старший в «Бесах»). В отличие от Гоголя и других сатириков, Достоевский всегда стремится открыть «человека в человеке». Более того, через осмеяние и происходит «возрождение», обновление: М. Бахтин, отмечая широкое вторжение элементов карнавализации в творчество Достоевского, видит в его пародиях амбивалентность, характерную для карнавального смеха: почти каждый из главных героев Достоевского имеет по несколько пародирующих его «двойников»: для Раскольникова — Свидригайлов, Лужин, Лебезятников («Преступление и наказание»), для Ивана Карамазова — Смердяков, черт, Ракитин («Братья Карамазовы»). Имеющее свою пародию возрождается и обновляется через смерть. Поэтому «в каждом из <...> двойников герой умирает (то есть отрицается, чтобы обновиться), то есть очиститься и подняться над собою» (Бахтин М.М. Проблемы творчества Достоевского. Л., 1929. С. 147). Пародия, таким образом, не есть голое отрицание пародируемого у Достоевского, как в карнавализованной литературе вообще. Проявление комического в произведениях Достоевского многообразно: гротеск, буффонада, эксцентрика, каламбуры и ирония в авторской повествовательной речи. У Достоевского были неоднократные попытки написать комедию, замысел «комического романа», которые в итоге вылились в нечто более сложное — новый жанр полифонического романа.

Мосиенко Л.И.

Комическое — художественное выражение смешного; сфера искусства, жанры, связанные с проявлением смехового начала; у Достоевского комическое нередко синонимично слову «смешное». Комическое играет важную роль в эстетических представлениях Достоевского и его творчестве. В мемуарной литературе, в произведениях Достоевского содержатся свидетельства о его живом интересе к смеховым жанрам (балаган, народный театр, водевиль, комедия).

На формирование Достоевского как писателя влиял Гоголь — «по силе и глубине смеха первый в мире (не исключая Мольера) (непосредственного, безотчетного)...» (24; 305 — Курсив Достоевского. — Прим. ред.). В 1860 г. Достоевский участвует в любительском спектакле по комедии «Ревизор», где проявляет себя «комиком, притом комиком тонким, умеющим вызывать чисто гоголевский смех» (Ф.М. Достоевский в воспоминаниях современников. М., 1990. Т. 1. С. 32).

Расположенность Достоевского к восприятию и продуцированию комического подтверждается семейными воспоминаниями, в которых он «сохранился, главным образом, как шутник и балагур, человек неподдельно веселый». (Ф.М. Достоевский в забытых и неизвестных воспоминаниях современников. СПб., 1993. С. 184). Уже в откликах на первое произведение Достоевского («Бедные люди») критики указывали на комическое как на существенную особенность поэтики Достоевского (П.А. Плетнев писал о двух элементах поэзии в романе — «серьезном и комическом», отдавая предпочтение «серьезному»); В.Г. Белинский писал: «преобладающий характер его таланта — юмор». Но в XIX в. эта сторона творчества Достоевского, как правило, не находила должного понимания и оценки (ср. отзыв А.А. Краевского о «Селе Степанчикове» в передаче М.М. Достоевского: «вообще жаль, что поддаешься иногда влиянию юмора и хочешь смешить» — Достоевский. Материалы и исследования. А.С. Долинин. Л., 1935. С. 526) и была как бы заново открыта уже в XX в., в частности Т. Манном (Собр. соч. М., 1961. Т. 10. С. 340).

В отечественном литературоведении XX в. комическое в творчестве Достоевского рассматривается в контексте широкой культурной традиции (М.М. Бахтин, Н.М. Чирков, Р.Г. Назиров). М.М. Бахтин связывает произведения Достоевского с «карнавальной линией романа», в формировании которой определяющее значение имеют два жанра из области серьезно-смехового — «сократический диалог» и «Мениппова сатира». Из числа конкретных представителей «карнавализованной литературы», известных Достоевскому, названы Боккаччо, Рабле, Шекспир, Сервантес, Лесаж. По Бахтину, «парность» сцен (и «отдельных образов»), когда «одна дается в комическом плане, другая в трагическом», создает амбивалентное целое (Бахтин М.М. Проблемы творчества Достоевского. Л., 1929. С. 218). На связь творчества Достоевского с эпической традицией указывает Т.Г. Мальчукова, находя у Достоевского и Гомера нарушение классического запрета «на соединение трагического и комического». Использование комического характерно для Достоевского во все периоды его творчества. Из ранних произведений (до 1849 г.) в этой связи могут быть названы «Двойник», «Роман в девяти письмах», «Господин Прохарчин», «Чужая жена и муж под кроватью», «Ползунков», фельетоны «Как опасно предаваться честолюбивым снам», «Петербургская летопись», объявление об альманахе Зубоскал». После каторги Достоевский сочиняет комедию; этот замысел трансформируется в комический роман (281; 209) и также не доводится до конца, однако результатом становится появление повести «Дядюшкин сон» и романа «Село Степанчиково и его обитатели». В 60—70-е гг. Достоевский создает комические произведения «Скверный анекдот», «Крокодил» и «Бобок». В больших романах Достоевского «смех редуцируется почти до минимума <...> Но след художественно-организующей и освещающей мир работы амбивалентного смеха <...> мы находим во всех его романах» (Бахтин М.М. Проблемы изучения Достоевского. Л., 1929. С. 222). П.М. Бицилли характеризует ведущий жанр у Достоевского как «роман-трагикомедию» (Бицилли П.М. К вопросу о внутренней форме романа Достоевского. София, 1946. С. 27). Действительно, при создании романа-трагедии использование комического имело для Достоевского принципиальное значение, о чем свидетельствуют, например, подготовительные материалы к «Идиоту»: «Вообще как-нибудь трагически, но и беспрерывный комизм, веселый, разнообразный и тонкий»; «комизм и двойственность», «комизм»; «несколько ошибок и комических черт Князя»; «смешнее»; «анекдотнее (прелесть Князя)» (9; 118, 223, 242, 253, 274).

Комическое у Достоевского представлено и сатирическими и юмористическим разновидностями, причем обе диалектически связаны с серьезным, ценностно-значимым («Трагедия и сатира — две сестры и идут рядом и имя им обеим, вместе взятым: правда» — 24; 305 — курсив Достоевского. — Прим. ред.; «...возбуждение сострадания и есть тайна юмора» — 282; 251). Основные приемы создания комического — ирония, гротеск, в т.ч. преувеличение, связь с «телесным низом», «зоологические уподобления», механичность живого; проявления ограниченности, наивности; стилистические диссонансы и т.д. Функции комического в произведениях Достоевского многообразны. Достоевский использует разоблачительный «насмешливый» смех (в таком освещении даны, например, Лебезятников в «Преступлении и наказании», персонажи романа «Бесы»). Но «насмешливый» смех, становясь предметом изображения, может быть атрибутом как раз чуждых Достоевскому героев (насмешливость, по мнению Достоевского, в 60—70-е годы часто сочеталась с односторонностью, нетерпимостью, мрачностью, непониманием шутки и юмора — см.: 24; 45). Сатира обязательно должна иметь положительную «подкладку», без чего она «...оставляет одно лишь недоумение и еще способствует даже шатанию мысли...» (24; 312). Вместе с тем Достоевский умел ценить и веселость как таковую, безотчетный, простодушный смех, противопоставляя «бессмысленно-веселую» комедию (балаган, водевиль) «нравоучительной комедии» (22; 180—181). Комическое универсально («...нет такого предмета на земле, на которой бы нельзя было посмотреть с комической точки зрения» — 18; 45). Смех у Достоевского, «заземляя» героев, на которых он обращен, препятствует их идеализации, вовлекает в сложную систему значений, образующих мир романа. Комическое и размыкает границы этого трагического мира, вносит ощущение открытости, незавершенности жизни, способствует объективности в ее изображении («жизнь полна комизма» — 301; 12). Комическое у Достоевского не только вскрывает противоречия, но и подчас примиряет их. Положительно акцентированный смех, утверждая такие христианские ценности, как радость и веселье, помогает бороться с пагубными страстями — унынием и печалью.

Кунильский А.Е.