Висковатова (урожд. Корсини) Екатерина Иеронимовна

[? — 4(17).6.1911, Петербург]

Жена П.А. Висковатова, одна из первых слушательниц Петербургского университета, участница студенческого революционного движения начала 1860-х гг., близкая знакомая возлюбленной Достоевского А.П. Сусловой. Познакомилась с Достоевским, скорее всего, в 1861 г. на вечерах своей сестры Н.И. Корсини или на студенческих собраниях в 1860 г. и между ними установились дружеские отношения. 2 марта 1862 г. Достоевский вместе с Висковатовой участвует в вечере в пользу Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым. Узнав от поэта Я.П. Полонского о нездоровье Достоевского, Висковатова обратилась к нему 21 марта 1862 г. с письмом, в котором советовала перестать лечиться у модного врача В.В. Бессера и обратиться к доктору «честному и добросовестному» — П.И. Бокову: «Об одном еще прошу вас, — заключала Висковатова. — Будьте так добры, ответьте на мое письмо хоть несколько слов. Я еду за границу в начале той недели, вероятно в понедельник, и мне было бы весьма приятно получить известие от вас до отъезда».
Вероятно, Достоевский не оставил без ответа это письмо. 2 декабря 1862 г. Висковатова откликнулась из Дюссельдорфа на другое письмо Достоевского, по-видимому, полученное ею в середине октября:
«Ради Бога, извините меня, что я целую вечность не отвечаю на ваше славное, теплое письмо. Ради Бога, не раскаивайтесь в вашем дружеском расположении ко мне! Если мне теперь надо бы было объяснить вам причину, почему я чуть ли не три месяца не отвечала вам, то ничего основательного и толкового не найдется, разве только то, что я получила ваше письмо в то время, когда очень была занята моими собственными личными делами, и что долго после того меня наполняло собственное мое несчастие — а в этих случаях ничего не идет на лад <...>.
Я не надивлюсь молчанию А. [Сусловой]. Что с ней творится? где она? Я вас убедительно прошу, напишите хоть вы слово одно об этой личности. Если вы, несмотря на мое молчание, которое, сознаю, было непростительно, — если бы вы и теперь еще сохранили ко мне сколько-нибудь дружбы и если вы чувствуете, что я вам существо, сколько-нибудь родное, — то напишите и о себе; ваше письмо доставило бы мне очень, очень большую радость. Так грустно ничего не знать о людях, которыми интересуешься! Все кажется, что им, может быть, приходится худо <...>.
Мой друг (позвольте назвать вас так), — не мстите мне, не наказывайте меня молчанием, слишком продолжительным. Я прошу от вас только пяти минут вашего времени; только прошу нескольких слов об А. [Сусловой] и о вас.
Крепко жму вам руку и от всей души, от всего сердца желаю много, много счастья!».