Васильев Григорий

[1787, Москва — ?]

Дворовый родителей Достоевского, приказчик в Даровом. 7 апреля 1832 г. в усадьбе Достоевских случился пожар, о чем Достоевский вспоминал: «...Вдруг отворилась дверь, и на пороге показался наш дворовый человек, Григорий Васильев, сейчас только из деревни прибывший <...> — Вотчина сгорела-с! — пробасил Григорий Васильев. Описывать не стану, что за тем последовало, отец и мать были люди небогатые и трудящиеся — и вот такой подарок к светлому дню [Пасха. — С. Б.]. Оказалось, что все сгорело, все дотла: и избы, и амбар, и скотный двор, и даже яровые семена, часть скота и один мужик, Архип. С первого страха вообразили, что полное разорение. Бросились на колена и стали молиться, мать плакала». Более подробно об этом пожаре пишет младший брат писателя А.М. Достоевский, хотя и ошибочно относит его к 1833 г.: «Вдруг докладывают родителям, что в кухню пришел из Даровой приказчик, Григорий Васильев. Это собственно был просто дворовый человек и занимать место приказчика был неспособен. Но он был грамотный и, как единственный человек в деревне, носил кличку приказчика. Собственно же он, по неспособности своей, ничем не распоряжался, а распоряжался всем староста Савин Макаров.
Сейчас же велели позвать пришедшего, и праздничное настроение, как бы в ожидании какого-либо несчастия, сменилось в тревогу. Через несколько минут в переднюю является Григорий, в лаптях (хотя дворовые у нас никогда в лаптях не ходили), в разорванной и заплатанной свитке, с небритою бородою и с мрачным лицом. Казалось, он нарочно старался загримироваться, чтобы сделать свой вид более печальным.

— Зачем ты пришел, Григорий?.. Что случилось в деревне?..
— Несчастие... Вотчина сгорела! — ответил гробовым голосом Григорий.

Первое впечатление было ужасно! Помню, что родители пали на колени и долго молились перед иконами в гостиной, а потом поехали молиться к Иверской Божьей матери. Мы же, дети, все в слезах остались дома <...>.
Григория отправили назад с обещанием от родителей, что они последнюю рубашку свою поделят с крестьянами. Это, помню, были слова папеньки, которые он несколько раз повторял Григорию, велев передать их крестьянам».
Васильев, вероятно, послужил прототипом слуги Федора Павловича Карамазова в «Братьях Карамазовых», которого зовут Григорием Васильевичем.