Садовников Дмитрий Николаевич

[25.4(7.5).1847, Симбирск — 19(31).12.1883, Петер­бург]

Поэт, этнограф. Учился в Симбирской гим­назии. Печататься начал в «Северной пчеле» в 1864 г. С Достоевским Садовников встречался на литературно-музыкальных вечерах в 1879 г. и на «пятницах» у поэта Я.П. Полонского, хотя и относился к нему явно предвзято из-за любви к И.С. Тургеневу. Садовников вспоминает о выс­туплении Достоевского на вечере в Благородном собрании в Петербурге 9 марта 1879 г.: «После небольшого антракта вышел маленький Досто­евский и начал читать одну из глав "Братьев Ка­рамазовых". Начал он вяло и скучно: речь шла о такой чертовщине в полном смысле слова, что я невольно подумал: "вот человек, точно лорд Редсток какой-то апокалипсис объясняет". Но когда дело дошло до признания Дмитрия Карама­зова, все разом переменилось. Публика замерла. Болезненная глубина чувства этого сладостраст­ника была так художественно-правдива передана автором, что я ничего подобного не слыхивал. Манера читать прозу, стихи, делать вставочные обращения к брату, трепет голосового органа, где это требуется, ускоренный темп в сцене само­убийства, какая-то характерная торопливость на самом драматическом месте — неподражаемы. Его вызвали, если не ошибаюсь, пять раз». Садовников вспомина­ет также о встрече с Достоевским на «пятницах» у Я.П. Полонского 16 марта 1879 г.: «Вдобавок скоро явился мизерный по наружности Достоев­ский <...>. Он похудел, нос как-то заострился, то же трусливое выражение нецветного лица, как и тогда. Он вошел и сделал как-то недоуме­вающе общий поклон, точно боясь, что никто или многие на него не ответят. Вообще он, дол­жно быть, страшно подозрителен. На пятницу пригласила его Жозефина Антоновна [Полонс­кая]. Он согласился, а Яков Петрович мимохо­дом шепнул жене, зачем она пригласила, зная, что Тургенев будет и произойдет неприятная сце­на. Достоевскому сейчас кинулось в голову, что Полонский не желает быть знакомым, сделал жене замечание по поводу его и пр., рассердил­ся и начал везде распространяться о том, что его нога больше не будет у Полонских. Яков Петро­вич был вынужден ехать и лично объяснить дело начистоту. Только тогда Достоевский поверил и приехал. Я заметил в голосе Достоевского до странности болезненные, нервные ноты. Весь организм его явно расшатан до невозможности, и довести автора "Преступления и наказания" до слез — ничего, я думаю, не стоит». Наконец, Садовников вспоминает о встрече с Достоевским на «пятницах» Я.П. Полонского 22 февраля 1880 г.: «22-го февраля. Из гостей, более или менее достойных наблюдения, были двое: Достоевский и Тургенев. Первый явился с академиком Сухомлиновым, и в передней слыш­но было лобызание с Яковом Петровичем. До­стоевский, видимо, был в духе, видя, во-первых, такое внимание, да, может, еще под впечатлени­ем чего-либо предшествовавшего. Я не люблю его и остался в кабинете.

— M-r Садовников! — слышу голос Я<кова> П<етровича>. — Что вам угодно? — отвечаю и иду. — Вы знакомы? — спрашивает Я<ков> П<етрович>. Я нарочно отвечаю: — Нет, не зна­ком. Происходит рекомендация и рукопожатие. Длинный Сухомлинов отрапортовывает про себя сам. Я кланяюсь. Разговор заходит о Млодецком, который казнен сегодня утром. Достоев­ский был на казни.

— Правда ли, — говорю я, обращаясь к До­стоевскому, — что сегодня на Семеновском пла­цу было второе покушение на Меликова? Расска­зывали так, что будто кто-то выстрелил, затем хотел застрелить себя и не успел. После чего взя­ли еще шесть человек с револьверами, по пока­занию мальчика.

— Нет-с, это все городские слухи. Если бы проследить весь рост этих слухов с утра и вплоть до вечера, это представило бы интерес. Я был свидетелем казни. Народу собралось до 50 000 чел.

Вообще мне не понравилось какое-то совер­шенно холодное отношение автора "Мертвого дома" к казни живых людей, и самое появление его на месте казни объясняю, как желание из­влечь нечто для своих патологических сочине­ний последнего времени, в которых один Венге­ров находит что-то даже гениальное.

За вечерним чаем я не слушал рассуждений Достоевского, потому что сам увлекся одним спо­ром <...>. Отрывок из разговора с той стороны помню один: Достоевский порицал женщин, ко­торые говорят, что не могут смотреть на казнь, жалуясь на нервы, и пр. Вскоре после чая он ушел...».

Садовников работал педагогом, известен как собиратель, опубликовал в «Симбирских губер­нских ведомостях» (1874) часть своего большо­го собрания заговоров и произведений детского фольклора. Садовников составил «Загадки рус­ского народа» (1876, переизд. 1901, 1959). В сб. «Сказки и предания Самарского края» (1884) Садовников опубликовал фольклор, записанный в Поволжье. Лучшие из стих. Садовникова «Из-за острова на стрежень», «По саду городскому» стали народными песнями. Садовников выпус­тил также книги для народных школ: «Наши землепроходцы» (1874), «Языческие сны русско­го народа» (1882).