Драшусов (Сушард) Николай Иванович

[1783, Москва — 15(27).12.1851, там же]

Фран­цуз по происхождению, титулярный советник, преподаватель Александровского и Екатеринин­ского институтов в Москве, обучавший братьев Достоевских французскому языку. Достоевский вместе с братом Михаилом Достоевским начал заниматься с Драшусовым (Сушардом) осенью 1833 г. Млад­ший брат писателя А.М. Достоевский вспоми­нает: «Другой учитель, ходивший к нам в это время, был Николай Иванович Сушард: он был преподавателем французского языка в Екатери­нинском институте и ходил к нам давать уроки также французского языка. Он был француз, но горячо желал сделаться чисто русским. Я помню рассказ папеньки, что в одно из посещений Ека­терининского института императором Никола­ем, Николай Иванович Сушард просил у госуда­ря, как милости, позволения, вывернув свою фамилию, прибавить к ней окончание "ов", что ему и было дозволено, вследствие чего он впо­следствии и назывался Драшусов (Сушард — Драшус — Драшусов). Так как я был в это время еще слишком мал для французского языка, то я ни­чего и не могу сказать про его преподавание, хотя я обязательно и должен был садиться за тот же ломберный стол и сидеть смирно в продолжении всего урока. Помню только, что приветствия отцу ко дню его именин всегда составлялись Ни­колаем Ивановичем и выучивались под его ру­ководством.
Время для старших братьев начало уже под­ходить такое, что по возрасту их пора было от­давать куда-либо в пансион с гимназическим курсом, и одного чтения и письма, а равно зако­на Божия и французского языка было далеко не­достаточно. Для подготовления к такому панси­ону двух старших братьев отдали на полупанси­он к тому же Николаю Ивановичу Драшусову, куда они и ездили, кажется, в продолжении це­лого года или даже более, ежедневно по утрам и возвращались к обеду. У Драшусова был малень­кий пансион для приходящих, он сам занимал­ся французским языком...». (Кстати, П.Н. Милюков пишет в своих «Воспоминаниях», что во время службы его в армии на Кавказе в 1878 г. его «начальником был Драшусов — фамилия когда-то переделан­ная, с разрешения Николая I, из фамилии фран­цузского эмигранта Suchard — путем переста­новки букв наоборот».

Н.И. Сушард войдет в роман «Подросток» под фамилией Тушар. Г.А. Федоров, посвятивший ему специальную работу «Драшусовы и "пансио­нишко Тушара"», справедливо пишет: «При со­здании произведений Достоевский привлекает свое, передает лично пережитое героям лишь в том случае, если факт из его жизни имеет идео­логическую связь с произведением. И на приме­ре с "пансионишком Тушара" видим, как био­графическая реалия обобщается до символа, ис­ключающего частные черты факта и тем самым снимающего автобиографическое. Но при этом Достоевский своеобычно в законченном произ­ведении сохраняет след факта, стоящего у ис­токов образа. Иногда оставляет подлинное имя прототипа, чаще маскирует его (Сушард — Ту­шар), отмечает топографические приметы... В портрете Тушара несомненны реальные черты Н.И. Драшусова. Во всяком случае Достоевскому важно отметить его возраст, "лет сорок пять", — именно столько было Николаю Ивановичу, когда он появился у Достоевских; его службу "на штатном месте" — Драшусов служил в женских институтах; чин, "которым чрезвычайно гордился", к этому вре­мени он титулярный советник».
Учитывая, что пансион Сушара упоминается и в неосуществленном замысле «Жития велико­го грешника», В.С. Нечаева отмечает: «Именно к двенад­цатилетнему возрасту, к пребыванию в пансио­не Сушара, относил впоследствии Ф.М. Достоевский в творческих планах глубокие нравствен­ные потрясения своего героя, заставляя его пройти через нарушение остро сознаваемых им моральных норм вплоть до преступления (чер­новики "Жития великого грешника", частично вошедшие в роман "Подросток")... В этих запи­сях [к "Житию великого грешника"] есть осно­вания угадывать автобиографическую память о лично пережитом, тем более что в эти записи включаются имена многих людей, реально окру­жавших Достоевского в эти годы, и даже указы­вается реальное точное время: «сейчас по пере­ходе от Сушара к Чермаку», т.е. 1833-1834 гг.».