Бунин Николай Григорьевич

[8(20).5.1834, Борисоглебск — 5(18).10.1902, там же]

Прозаик. В 1875-1884 гг. служил в Новгородской губернии младшим, потом старшим помощником акцизного надзирателя. В Новгороде, в доме своего начальника, знакомого Достоевского М.А. Языкова, Бунин, по рассказам А.Н. Мошина, встречался с Достоевским, хотя эти сведения, возможно, и не совсем достоверны и явно недостоверен рассказ о том, как Бунин и Достоевский жили в Старой Руссе в гостинице: «У М.А. Языкова собирались по несколько раз в год: М.Е. Салтыков-Щедрин, Ф.М. Достоевский, Н.А. Некрасов, И.С. Тургенев (когда наезжал в Россию), П.И. Вейнберг. Их всех встречал у Языкова Н.Г. Бунин <...>. Кажется, он [М. Е. Салтыков-Щедрин] прозвал Достоевского "кликушей" за его манеру, вспылив, доводить спор до крика, до болезненного взвизгивания...
Когда выплывали так называемые "проклятые" вопросы, Достоевский так и затрясется, и завизжит, и закричит свои обличения, иногда ругательства.
— Кликуша, успокойся!.. — говорили ему.
— Кликуша? — отвечал Достоевский. — Потерпи с мое и ты кликушей станешь!
И каждый раз, в таком случае, в мужской компании, Достоевский порывисто приподнимал над штиблетом брюки и показывал обнаженную ногу: Смотрите — вот!
Кость была обтянута словно не кожей, а тончайшей пленкой. Это был ужасный след каторжной тачки.
Иногда Достоевский у Языкова читал. Бунин слышал, как он читал своих "Братьев Карамазовых".
А читал он — его чтение производило потрясающее впечатление. Когда слушатели ему об этом говорили, он волновался и кричал:
— Разве я голосом читаю?! Я нервами читаю!.. Нервами!..
Высокий, худой, болезненный, несколько согбенный, как бы сутуловатый, Ф.М. Достоевский все-таки производил отрадное впечатление необычайно добрым, тихим, кротким взглядом своих глаз. Никогда его глаза не делались злыми, даже в минуту вспышек и раздражения... Взгляд его становился только грустным, но не переставал быть кротким и добрым <...>.
Достоевский и Бунин сговорились вместе ехать в Старую Руссу лечиться и вместе отправились в 1878 или 1879 г. на пароходе по Волхову.
Они поселились в двух соседних номерах старорусской гостиницы и по нескольку раз в день заходили один к другому. Так они прожили месяца два. Достоевский лечился паровыми ваннами. Он как-то особенно добродушно относился ко всем людям, с кем ни встречался.
Достоевский любил вспоминать природу того края, где он провел тяжкие годы. Когда Бунин рассказывал, как хороша природа той или другой местности, куда его заводила страсть к охоте, Достоевский рассказывал, в свою очередь, о кедрах, о тайге...
Страстно любил он птиц, любил их на свободе и не терпел клеток. К его окну слеталось множество воробьев; он угощал их крошками белого хлеба.
Стоило Достоевскому услышать пенье или щебетанье птички, он останавливался и по голосу узнавал птичку. Любил вспоминать, как называется эта птичка там, в далекой Сибири... Бунин смутно припоминал, что Достоевский, услышав овсянку, сказал:
— А "там" ее называют "варакушка"...
Достоевский особенно любил голубей; когда он видел голубей, непременно останавливался посмотреть на них, и тогда скользила по его губам тихая, счастливая улыбка...».
В 1900 г. Бунин выпустил в Петербурге сборник «Рассказы охотника».